Tyler, the Creator

Odd Future - банду психованных подростков из Лос-Анджелеса, справедливо называют одной из главных музыкальных сенсаций 2011 года, а их предводитель - Tyler, the Creator - в свои 20 лет стал практически Джоном Ленноном своей эпохи: миллионы просмотров на Youtube, тысячи и тысячи подростков (и не только) по всему миру готовы скандировать тексты этого артистичного дикаря и повторять за ним все вплоть до марки носков, которые он носит. ТОП10 публикует интервью с Тайлером, в котором он рассказывает, как начал заниматься музыкой, о своих стремлениях и о том, почему пишет тексты о трахе на столе и жестоких убийствах. 

Как появилась идея создать Odd Future?

Когда я учился, мне пришла в голову мысль создать свой журнал. Но знаешь, когда тебе 15 лет, с мамой, у которой нет работы, нереально сделать журнал. Но предполагалось, что это будет журнал, который будет поддерживать и спонсировать разных музыкантов, художников и т.д. Хотя на самом деле, этими музыкантами были я, Left Brain и Hodgy. Дерьмо должно быть дома. Я хотел, чтобы мои друзья фотографировали людей, у которых я собирался взять интервью, которые в свою очередь были моими друзьями-скейтбордистами. Я бы делал рекламу для разных линий одежды.

И все же когда ты начал заниматься этим серьезно? Когда понял, что станешь рэп-звездой?

Я просто знал, что это случится. Я рэповал с 7 лет — с 1998. Я всегда знал, что буду великим. Единственное, я не знал, как быстро все это произойдет. Я думал, что мне будет 26 или около того, а в это дерьмо вляпался в 19. Так что, наверное, я делаю что-то стоящее. Я всегда любил музыку.

Кто на тебя повлиял больше всего?

Первый альбом Black Eyed Peas, Эминем, альбом Dr. Dre 2001 года. Пытался слушать Ашера, но не пошло. Хотя “My Way” был крутым альбомом. И еще видео на этот их трек с Тайризом…да, этот невъебенный клип на “My Way”, где они танцуют и вытворяют всякое дерьмо в подобном духе. Мне нравилась музыка, в общем, и не только рэп. Я не знал, как играть на фортепиано до 13 лет, до того как увидел, как Фаррэл играет на DVD к альбому Clones. Я вообще фанат the Neptunes. Назови релиз — я знаю его дату, количество песен, сам трэклист. Но когда я услышал, как он играет, я подумал, что это самая крутая хуйня в мире. Мне хотелось научиться играть на этом чертовом пианино. Мама не хотела давать мне уроки, поэтому я учился сам.

Но твоя мать тебя поддерживала, да?

Она купила мне синтезатор, когда мне было 14 лет. Я играл только четырьмя пальцами, пока не разучил аккорды. Я до сих пор ни черта не смыслю в нотах, не могу сказать, какой аккорд играю, я просто знаю, как.  Было лето, когда я напечатал ноты к альбому OutKast ”The Love Below”. Мне удалось добраться до 15-ой песни. Я был ужасно рад этому.

То есть, фортепиано заставило тебя изучать весь процесс записи полноценных песен с барабанами и прочим?

Я начал делать биты, еще когда мне было 12. У моей мамы был друг, который подарил мне музыкальный софт Reason. Я создавал 80% музыки с помощью Fruity Loops. Я никогда не был в хороших студиях до “Yonkers” . Вот его я уже записал в крупной студии. Это было моим первым опытом.

Тебя не беспокоило, что многие основные хип-хоп блоги поначалу не обращали на вас внимания. Было трудно собрать аудиторию без их поддержки?

Он не хотели связываться с нами. Есть сайт - Hypebeast; я активно сидел там на форуме и постил всякие штуки, и мы им реально нравились. Вот без них, я сомневаюсь, что мы бы были теми, кем сейчас являемся. Они те единственные, кто потратили на нас свое время и внимательно послушали. Никто больше не хотел заниматься нами. Да и до сих пор не очень-то хотят, знаешь ли. Но сейчас мне на это наплевать, потому что все, что я кидал в сеть, стало успешнее всего того, что эти маленькие засранцы так прославляют. Это заставляет меня работать еще сильнее, доказать, что они ошибаются, выставить их псевдоэлитарность на смех.

Твоя музыка очень вызывающая. Ты всегда делал музыку с таким шокирующим содержанием?

Я всегда делал, что хотел… Я всегда делал музыку, которую я хотел сам послушать. Если я хочу посмеяться, я сделаю песню о трахе на столе, и людям понравится это. Я никогда не думал об этом, как ”О черт, я должен же делать разное дерьмо, потому что я хочу отличаться от всех”.

Что тебя вдохновляет на такое?

Я не знаю. Я хотел быть режиссером, поэтому я постоянно рассматриваю все это дерьмо, которое сочиняю, как фильм. Именно из-за этого в песнях много деталей, и когда я читаю, вы можете фактически видеть это. Я снял свой первый фильм, когда мне было 15 лет. Он на MySpace. Я сделал то дерьмо, которое я хотел сделать, и это попало туда, где не должно было быть. И это круто, потому что я всегда хотел быть на радио, быть востребованным на ебаном MTV. И когда я увидел “Tyler, the Creator,” “Yonkers,” “Goblin,” “Director Wolf Haley” на MTV, я понял, что этого момента я ждал очень долго, и наконец-то получилось. Мне только 20. Поэтому я охуенный.

Сейчас на тебя столько внимания навалилось со всех сторон, особенно после выпуска “Goblin”. И я читал в разных интервью, как ты говоришь противоположные вещи: в одном заявляешь, что “думаю, я мог быть выиграть Грэмми, для меня предел — только небо”, а уже в другом у тебя проскакивает что-то в духе “я вполне могу в скором времени слиться, стать ошибкой”.

Вообще-то я оптимист и прежде всего верю, что все возможно, но да, иногда у меня есть эта тема касательного того, что я могу оказаться провалом. Но этого не случится. Ради этого я и работаю, и еще затем, чтобы не нужно было ходить в какой-то там колледж. Я ненавижу это место. Походил туда как-то пару дней — худшее, что со мной случалось вообще. 

В своей песне “Radicals” ты предупреждаешь слушателей не делать того, о чем ты там читаешь. Ты действительно обеспокоен тем, что твоя музыка может провоцировать какое-то незаконное поведение? 

У этой песни два пути: она может сделать меня иконой, а еще - стать причиной моего огромного стыда и чувства вины перед многими родителями. Если трагедия вроде массового убийства в школе “Колумбайн” повторится или нечто подобное — это же, блядь, все будет на моей совести. Да, это будет моя вина, так же как и Эминема, Мэнсона, Slipknot и прочих мудаков. 

И последний вопрос: твоя музыка — в каком-то упрощенном понимании — действительно ли является выходом твоего гнева? 

Моя музыка — это моя терапия, которую иначе я никогда не мог получить и не получу. Все мои треки, альбомы — рефлексия, я говорю с самим собой, с чуваком внутри моей головы, который является доктором того парня, которого вы слышите в песнях. И таким вот образом я очищаю себя от всякого дерьма внутри меня. Если бы у меня всего этого не было, я бы совсем, наверное, рехнулся, окончательно и бесповоротно. 

Интервью Ник Харвуд, Respect Mag

Перевод Лера Сапега