Лада Наконечная

В среду, 14 декабря, в Малой галерее Мыстецького Арсенала состоялась встреча с художницей Ладой Наконечной. На встрече Лада представляла свои проекты «3 точки зрения на поле и 3 возможности его продать», «Sea», «Sale» и говорила о значении не только самих работ, но и о значении своего искусства как работы. В интервью ТОП10 Лада подробнее рассказала о своей деятельности в составе творческих объединений Р.Э.П. и Худрада,  их целях и поделилась своим видением того, что для нее искусство и какой должна быть связь между властью, зрителем, институцией и художником.

Какая цель вашей сегодняшней встречи со «зрителями»? Были ли сделаны какие-то выводы после нее? 

Встреча была рассчитана на тех людей, которые не знают, чем я занимаюсь в искусстве. Я предоставила возможность желающим и интересующимся задать мне вопросы. Пришло немного людей. Но разговаривали мы довольно долго, и, надеюсь, хоть одному беседа была полезна. Затраченные усилия не всегда равны видимому результату. Например, в этом году я работала очень много, даже, скажу, как никогда много. Но каковы результаты этой работы? Могу ли я их как-то оценить? 

Много говорят о необразованности и неспособности украинского зрителя воспринимать современное искусство. Что вы скажете по этому поводу?  

Не считаю, что такие уж бестолковые люди у нас. Все дело в традиции восприятия искусства. С детского садика с нами говорят об искусстве как о чем-то возвышенном. Но искусство же намного более, чем просто что-то прекрасное и возвышенное, это форма коммуникации, особенно, в наше время. Когда зритель раскомплексуется, не будет бояться «что-то не так понять», тогда и заработает коммуникация между ним и художником. Как раз, часто самые интересные интерпретации и реакции со стороны зрителей не подперты столпом знания либо определенной точкой зрения. Лучшее соединение - человек сомневающийся и задающий вопросы плюс свободное время.

Расскажите о вашем проекте, который вы представляли на Премии PinchukArtCentre-2011. Он как раз и направлен на коммуникацию между зрителем и самим объектом искусства, да?

Проект имеет название «Наиболее выгодная Позиция наилучших возможностей». Фраза довольно абстрактна и состоит из слов широко ипользуемых в сегоднешнем мире – выгода, позиция, возможности. Я учитывала соотношение этой фразы с данной институцией и типом выставки, но ее можно рассматривать также и в широком смысловом поле. Эта фраза скомпонована в виде растра и проектируется на плоскость стены, перегораживающей пространство нефункциональным образом. Работа целостна и без вмешательства со стороны зрителя. Зритель своим участием разделяет ее на составные части, что позволяет ему понять структуру и свое место в ней, позволяет увидеть проектированную фразу и мое усердие, зависимое от ее  очертаний. И вообще эта работа о зависимости и растерянности... 

Что для вас – искусство? В чем заключается лично ваша работа и труд? 

Последние мои проекты как раз посвящены отношениям  художник-зритель-институция. То есть, это как раз поле моего художественного исследования на данный момент. Например, в работе «Еще один день», осуществленного в рамках кураторского проекта Ларисы Бабий, «Заложник музея»,  я представила процесс наравне с результатом - работая, но ничего не производя, провела несколько дней в Национальном музее в ряду с другими экспонатами. В перформансе «Пока я вижу» я акцентировала внимание на ожидание зрителей действий от художника. А эта работа, с названием «SALE», представленная в Малой галерее Арсенала, уже о статусе искусства и его отношениях с рынком. Вижу проблему в том, как художник и его деятельность воспринимаются публикой. Можно сказать, что фигура художника мифологизирована.  Это затрудняет его работу, так как зачастую не позволяет зрителю в полной мере общаться с произведениями. Многие заложенные в произведение смыслы попросту не прочитываются, потенциал действенности искусства не раскрывается до конца. Я бы не взялась говорить на тему, что такое искусство, т.к. во-первых, нет сейчас одного доминирующего типа и вида искусства, во-вторых, искусство выполняет множество функций. Мое искусство - это каждодневная работа, которая может и не принести видимых или ощутимых результатов. При помощи искусства я пытаюсь понять реальность и говорить о ней. Как можно оценивать искусство? Один из вариантов ответа: по вложенному труду, затраченному жизненному времени и усердию.

Расскажите о вашей деятельности в Р.Э.П. и Худраде. В чем заключается основная задача?

Группа существует уже 7 лет и сейчас не производит проекты с той же скоростью как вначале. Мы вошли в другой рабочий ритм. Чтобы создать качественную, обдуманную работу, необходимо время – 6 человек работающих сообща, это довольно неповоротливый организм, учитывая, что большинство имеет сейчас семьи и, некоторые из нас, детей. Сейчас развиваем несколько линий, одна из них – «Музей Евроремонта».  Последнюю работу этой серии, «Колонну», можно было увидеть на выставке «Независимые» в Художественном Арсенале. Худрада же была инициирована нами в 2008 году. Но это живой организм, на который сейчас Р.Е.П. не имеет влияния. Худрада существует как платформа, на которой происходят разного рода инициативы. Ведь члены сообщества это и архитекторы, и публицисты, и переводчики, и политические активисты, и художники. Отправной точкой для нас в 2008 году было недовольство общей художественной ситуацией и ее идейным наполнением и его мы решили перевести в конструктивное русло – создавать альтернативную, доминирующей линии развития современного искусства в Украине. Наше поле работы - экспериментальное, политически ангажированное, исследовательское, критическое искусство (в широком смысле этого слова). Вот сейчас еще одну инициативу на базе Худрады будем запускать - инициативу самозащиты трудящихся искусства. Думаем также об образовательных программах. 

А на что, по-вашему, должны “жить” такие проекты? Какой, по вашему мнению, должна быть поддержка со стороны галерей итд художникам?

Молодым художникам, особенно начинающим, определенно не хватает поддержки в нашей стране. Для этого было бы намного целесообразней давать стипендии, а не премии. Вообще искусство, не производящее товар, не имеет места в нашей стране. Означает ли, что оно не нужно обществу? Не знаю, может общество еще не в полной мере осознает существование такого искусства.

Наиболее популярная тема последних дней – это победа Никиты Кадана на Pinchuk Art Prize. Что вы скажете по этому поводу?

Я очень рада такому решению судей. Никита много работал и сделал достойную внимания работу. А комментарии утомительны – я не хочу за ними следить, тратить на это время. И вообще мы слишком много уделяем внимания этой премии. Но этого и добивалась пиар служба Виктора Пинчука. Только вот зачем ему потакать? У Никиты достижений и помимо премии  предостаточно. Вообще не правильно, что мы замечаем только то, что лежит на стороне успеха - люди доверяют рейтингам, тому, кого показывают по телевидению, тому, кто имеет деньги. Общественность желает шоу, наград, страстей, слез и смеха - смотрит на запад, видит только внешние проявления и примеряет на себя увиденное. Только все это не налазит, открывая шанс увидеть «тело». Это я сейчас о «евроремонте», как о форме сознания говорю. Эта премия чуть ли не единственный способ для экспериментального художника в Украине, заработать себе на жизнь своей работой, а участие в выставке номинантов, один из немногих вариантов получить финансирование на производство дорогостоящего проекта и широкий доступ к публике в Украине – вот о чем нужно говорить. О том, что у нас же нет места для существования экспериментального и критического искусства! Мы вынуждены работать на территории капитала (в некомфортной ситуации и, как ни парадоксально звучит, бесплатно). Но я бы взглянула на такое положение с позитивной точки зрения, - так бы мы могли себе существовать только на своей территории и тихо делать свое дело, получая полагающуюся за это, как это заведено на Западе, зарплату.  И оставить рынок искусства для художников жаждущих славы – все на своих местах, все довольны. А у нас, как раз не по нашей воле, шанс перевернуть все с ног на голову. И этим то и нужно воспользоваться. А не является ли уже сильным жестом то, что художники, участвующие в конкурсе заявляют, что они не конкуренты? Что победа одного не влияет на их отношения? Тебе говорят – ты лучший, победитель, гений. А ты отвечаешь: искусство не должно существовать в конкуренции, художник не должен быть привилегированным, другое отношения возможны.

Какая, по-вашему мнению, связь искусства и власти? Ваши работы, так скажем, направлены на «борьбу с системой», но при этом вы сами в нее полностью вовлечены. 

Мы живем в неокапиталистической системе, убежать от нее никак невозможно – только маргинализироваться. Сидеть у себя в мастерской, дома и не вылазить – вот идеальный «гражданин» для системы. Система оперирует деньгами, а искусство идеями… Согласитесь, бой не равен, если вообще возможен. Чего же глубокоуважаемые критики хотят? Художника супермена который спасет мир взмахом волшебной кисточки? Да все ж не так просто. Не будешь общаться с Пинчуком, и вся система рухнет? Искусство работает с сознанием человека - оно способно освободить разум. И только свободные люди имеют возможность найти решения для общего будущего, изменить мир, надежда только на гражданское сознательное общество. Должна созреть политическая воля, я, по крайней мере, верю в это, - только тогда появятся шансы сформировать другую систему. Маленькие исправления внутри системы хоть и необходимы, но беспомощны. Пытаясь исправить детали, не работаем ли мы тоже на поддержание существующего положения дел? Таким образом, подпитывается вера в то, что капитализм может иметь человеческое лицо. Конечно, я знаю, что при помощи искусства и культуры капитал моет руки. Но, поверьте, этому скоро настанет конец. Да, и если б сами художники об этом не говорили, то так бы и жили все в неведении. Художники, зная систему изнутри, могут лучше о ней рассказать. А чем больше людей понимают, на чем строится реальность, каковы закономерности системы, тем больше шансов, что удастся ее изменить.  Знание – сила, как бы банально не звучало. Ведь от непонимания и рождается вера во всякие «заговоры» и «демоны». Недавно приезжала в Киев куратор Национальной галереи Захента, в Варшеве, Анна Врублевская, мы с ней говорили о возможностях изменения системы художественного образования, - получается, что художник вынужден выступать с позиции власти, чтоб иметь влияние на процессы внутри системы.

И вы верите в свою победу? 

Безусловно. 

Не было ли мысли уехать из страны? 

Мы (Р.Э.П.) ответили себе на этот вопрос довольно давно – уезжать не хотим. Мы хотим построить что-то свое здесь.

Интервью Света Либет